На главную страницу Написать нам

Новости премии
СМИ о премии

Литературные новости
Публикации

СЛОВА-МАРКЕРЫ КСЕНИИ СОБЧАК. ЧТО ОНИ ГОВОРЯТ О НАСТРОЕНИЯХ СРЕДНЕГО КЛАССА

Андрей Архангельский / Сноб, 05.10.2021

В 2021 году политика в России закончилась — теперь важна личная этика. Одни пытаются сохранить лицо, другие предпочитают отстранение и бегство от реальности. Поиск спасения в эзотерических учениях и игры в прятки с самим собой — все это уже встречалось в истории. Например, в 1970-х годах. Однако любая «нирвана» рано или поздно заканчивается, как показывает исторический опыт, — и придется выбирать и задавать себе сакраментальный вопрос: «Кто я здесь, в реальной жизни?»

Ксения Собчак выложила в свой микроблог список слов-маркеров, «по которым безошибочно можно понять, что с человеком надо сворачивать разговор и бежать, пока он не продал вам “магический коучинг” или шапочку из фольги». Список состоит из 34 слов и выражений: «Я в потоке», «Мне откликается», «Просто побудь с этим», «Вселенная дала», «Безоценочно», «Это все иллюзии ума», «Сходи на випассану», «Просто наблюдай это», «Кто ты по хьюман-дизайну?», «Проживаю этот опыт», «Отпусти это» и так далее.

Ксении Собчак не откажешь в чувстве времени — иногда она делает точные слепки эпохи (хотя и не всегда). «Шапочки из фольги» — можно подумать, что речь идет о каких-то сумасшедших, начитавшихся про теорию заговора, но это не так. Это также и не люди из ее круга. В порядке небольшого расследования попытаемся определить, о какой социальной группе идет речь. Эти слова-маркеры на 99% совпадают с так называемым «панганским языком» — словарем русскоговорящих дауншифтеров на острове Панган (Пханган) в Таиланде. Миф о жителях больших городов, променявших офисное рабство на песчаный рай в 2000-е, когда на деньги за сданную в Москве двушку можно было полгода жить в Тае, давно ушел в прошлое. Жизнь на островах дорожала, курс валют менялся, пришлось опять думать о заработках. Этот путь прошли, в общем, все дауншифтеры. Но у российских, в отличие от европейских, была одна особенность: их островной быт оброс религиозными практиками. Кто-то действительно ехал за просветлением и самопознанием — как они себе это представляли. Но в итоге эти практики в соединении с урбанизированным мировоззрением образовали постсоветскую квазифилософию, которая в качестве неотчуждаемого культурного наследия теперь вернулась домой. Набор практик и слов этой «политической эзотерики» удивительным образом подходит для описания новой ситуации на родине — где средний класс, прослойка просвещенных горожан, оказалась сегодня перед известным выбором.

«В 2021 году политика в России закончилась — теперь важно личное поведение каждого» — об этом так или иначе говорят сегодня и Борис Акунин, и Дмитрий Быков, и много кто еще — имея в виду беспрецедентное давление на гражданское общество в последний год. Ситуация напоминает 1970-е годы, когда лишенная последних остатков оттепельных свобод интеллигенция вынуждена была выбирать модель поведения. Для части людей важна этика — если нет возможности сохранить голос, то сохранить хотя бы лицо («Берегите ваши лица» — был такой запрещенный спектакль на Таганке с Высоцким в 1970 году, воссозданный недавно). Кстати, в пакете с гражданским самосознанием обычно идет и поиск виноватых среди своих. Психологически это объяснимо: когда ситуация безвыходная, конфликт уходит вглубь, и все начинают грызть друг друга. Недавние «срачи прилетели» — об этом: скандал Алексея Германа-младшего и Зинаиды Пронченко, или вот Алексей Венедиктов, которого общество почему-то назначило виновным за провал электронного голосования в Москве. «Во всем виноваты критики; во всем виноваты Гайдар, Чубайс, Венедиктов!» — это, конечно, популярная формула, не уступающая по силе фамусовской, из «Горя от ума».

Но есть и другая модель поведения — намеренное отстранение от происходящего. Писатель Владимир Сорокин в беседе с автором этих строк вспоминал, как однажды, в 1980-е, поставил запись Галича в компании молодых циников, делавших карьеру в КПСС уже сугубо по материальным расчетам. Послушав, они сказали: «Знаешь, старик, как-то это все… скучно…» С помощью этого «скучно» они отстранялись, загораживались от печальной реальности, в точности как наши герои из словаря Собчак. Конечно, сегодня отстраниться не так-то просто — железного занавеса нет, и о происходящем мы можем узнавать из разных источников; для того, чтобы чего-то «не замечать», требуется уже некоторое усилие. Тут островная философия и пригодится. «Сходи на випассану», «просто наблюдай это», «отпусти это» — большинство фраз легко объединяются по одному принципу: намеренное бегство от действительности, самообман и игры в прятки с самим собой. Уговорить себя, что «в принципе» все норм — пока это тебя лично не касается — и происходящее нужно просто «принять». И нет ценностей, за которые стоило бы бороться, потому что «все равно всему».

Однако любая «нирвана» рано или поздно заканчивается, как показывает исторический опыт, — и придется выбирать и задавать себе сакраментальный вопрос: «Кто я здесь, в реальной жизни?» Удивительно, но без ответа на этот вопрос сегодня не может быть личности — того самого «настоящего себя», которого духовные дауншифтеры пытались найти на далеком Пангане. Вот про что на самом деле пишет Собчак — о неврозах и фрустрациях среднего класса, и, возможно, даже среди элит, по поводу происходящего на родине. Это не просто хохма от светской дивы, не просто ирония, как тут многие могли подумать. Все серьезно.

 

 

 


   
 
 

© «Центр поддержки отечественной словесности»

Rambler's Top100 Rambler's Top100